«Как небо и земля»: прогулка с Gelio по точкам его становления

Фотограф Слава Степанов о важности среды обитания, правильных ракурсах и преодолении притяжения

Фото
Коллаж Дарьи Яковенко

Любить свой родной город можно даже задавая ему вопросы и указывая на проблемы. Любовь может проявляться в исследовании его среды, увековечивании его образов и открытии людям его архитектуры под ранее недоступными ракурсами. Именно этим занимается фотограф и блогер, совладелец издательской компании Gelio Vostok Слава Степанов. Он рассказал нам про свое детство в 1990-х годах, поделился мнением насчет города и показал важные для себя места в Новосибирске, которые привели его к успеху.

Земля

«Будто не со мной». Затулинка и небоскребы. Я родился в 1986 году в Новосибирске. Но так получилось, что отсчет своей жизни привык вести с 2005 года. Просто первые почти пятнадцать лет были как будто не со мной. Я вырос на Затулинке, в не очень благополучных местах Кировского района. Это было время густо процветающих наркомании и алкоголизма, гоп-стопов, разбоев и других видов асоциального образа жизни, даже маленькая толика которого мне всегда была чужда.

Поэтому все не самые лучшие качества, которые во мне есть, — они оттуда, с Затулинки. А большинство событий, происходивших там со мной и моим окружением, я стараюсь вспоминать пореже. Поэтому несмотря на то, что я жил на левом берегу, мои главные впечатления за первые 15 лет были связаны с центром города.

Родился я тоже на правом берегу — в доме на площади Свердлова, рядом со Стоквартирным домом. Это было наше семейное гнездо — моя семья жила там достаточно долго еще до моего появления. Но сам я успел прожить в центре всего лишь два дня. Какой-то представитель местной епархии сумел добиться, чтобы наш дом отошел во владение к слугам божьим, а нашу семью переселили на Затулинку.

Фото
Слава Gelio Степанов

Родился я тоже на правом берегу — в доме на площади Свердлова, рядом со Стоквартирным домом, но прожить там успел всего два дня

Очень важной в подростковый период для меня стала Областная детско-юношеская библиотека. У меня были необычные для простых ребят с Затулинки интересы. Например, я самозабвенно увлекался архитектурой. И чтобы удовлетворять свой голод по части ее познания, ездил в библиотеку, где читал книги по архитектуре и градостроению, рассматривал фотографии и картинки.

Но в моей биографии есть и еще более поворотный для меня эпизод, также связанный с этой библиотекой. Именно здесь в 2000 году я впервые вышел в интернет, и моя жизнь поделилась на «до» и «после». Тогда я очень интересовался архитектурой небоскребов, и мне хотелось изучить историю World Trade Center и подобных ему американских высотных зданий. Как можно понять по времени моего интереса, через год случилось печально известное событие, и «башни-близнецы» были разрушены.

Очень важной в подростковый период для меня стала Областная детско-юношеская библиотека. Здесь я увлеченно читал об архитектуре, а в 2000 году впервые вышел в интернет

В общем, свое любопытство насчет небоскребов или другой моей страсти тех лет — самолетостроения — я удовлетворял как раз с помощью интернета. Тогда же я завел свою первую почту на каком-то, ныне не актуальном, портале, под именем Gelio. Оно не было ничем обусловлено, но с ним я иду по жизни, и сегодня это уже бренд.

Когда я поступал в вуз, то понял, что наконец-то, как ракета-носитель, смог преодолеть притяжение неблагополучных мест Кировского района и выйти на орбиту нормальной в моем понимании жизни. Произошло это буквально: стоило мне форсировать Обь с левого на правый берег, как началось формирование моего нового «я».

«Счастливые дни». Учеба в СГУПС и тусовки. Еще в школе я очень хотел поступить в бывшую НГАХА, нынешний НГУАДИ. Но мне вовремя сказали, что там нужно именно учиться. А я хотел еще и тусоваться. Я этим не горжусь, но если отмотать время назад, то снова сделал бы такой же выбор. В итоге я решил поступить в СГУПС. Разумеется, там тоже нужно было учиться, просто у меня было больше свободного времени.

На СГУПС мой выбор пал в основном из-за архитектуры его здания. Когда я увидел его прекрасный фасад с колоннами, то сразу захотел там учиться, и в итоге окончил факультет мировой экономики и права. Смешно сейчас это вспоминать: ну где и когда в моей последующей жизни мне пригодилась именно эта специализация? 

На СГУПС мой выбор пал в основном из-за архитектуры его здания. Когда я увидел его прекрасный фасад с колоннами, то сразу захотел там учиться

Насчет тусовок — я с большой ностальгией вспоминаю первую половину нулевых: тогда были фестивали Sunvibes, танцевальные клубы «Виннерс», Golden Gate и, самое главное, Rock City. Вот это место стало знаковым для меня в студенческие годы. 

Помню, когда он открылся в 2002 году, туда еще пускали не всех, тем более таких «малолеток», как я. Но затем его политика стала лояльнее, и я полностью насладился всеми тамошними радостями жизни, включающими многочасовые рейвы, концерты огромного количества групп, на которых я побывал, и знакомство со множеством самых разных людей, которых я бы никогда не встретил на Затулинке.

Я с большой ностальгией вспоминаю первую половину нулевых: тогда были фестивали Sunvibes, танцевальные клубы «Виннерс», Golden Gate и, самое главное, Rock City

В общем, я получил высшее образование и потрясающе провел эти пять лет как в стенах университета, так и за его пределами. Это было по-настоящему счастливое время молодости с безудержным времяпрепровождением.

«Судьбоносный случай». Фотоконкурс и приз. Наверное, отправной точкой (в буквальном смысле) моего творческого и профессионального пути как фотографа можно назвать адрес Ленина, 12. Ведь логично, что фотограф может начать называть себя так с момента, когда у него появляется фотоаппарат. До этого я даже представить себе не мог, что буду заниматься фотографией. И если бы мне кто-то сказал об этом, я бы ответил: «Ерунда какая-то». 

Но в 2008 году я принял участие в фотоконкурсе, организованном порталом НГС. Тогда мы с друзьями просто залезли на крышу здания «Бэтмен», я взял у своей знакомой обычную мыльницу и сфотографировал оттуда центр города. Отправив фото на конкурс, я не строил никаких иллюзий насчет выигрыша. Но в итоге победил, и в офисе НГС мне вручили приз — профессиональную зеркальную фотокамеру. В те годы это была очень дорогая вещь, которую я вряд ли смог бы себе позволить. 

Отправной точкой моего профессионального пути как фотографа можно назвать адрес Ленина, 12, где на конкурсе от НГС я выиграл свой первый зеркальный фотоаппарат

Этот фотоаппарат и стал для меня следующим реактивным толчком в мое новое будущее. Он стал как бы ключом от двери в другую жизнь, которой я живу по сей день. Я понял, что уже не могу просто что-то «щелкнуть» на свою старую мыльницу. Теперь под новый фотоаппарат мне нужны были объективы, вспышки и другие технические принадлежности, а также специальный рюкзак, куда все это можно было бы сложить. 

Небо

«Секреты фотографий». Дизайн и метро. Разумеется, свои первые фотографии я не воспринимал всерьез. Честно говоря, я и сегодня не считаю себя мега-профессионалом именно как фотограф: я не знаю всех хитростей в съемках и не глубоко знаком с некоторыми техническими функциями фотоаппаратов. Ведь я никогда и не обучался этому делу. Но еще на заре своей деятельности понял одну вещь: залогом удачной фотографии на 50 % является ее обработка. И научился я этому в агентстве Reclub, где работал после окончания вуза.

Чаще всего нам в отдел дизайна заказчики приносили фотографии для рекламных макетов, скажем помягче, отвратительного качества. Поэтому я прошел очень серьезную школу по обработке фото, когда из какого-то ужаса нужно было сделать «конфетку». Это был еще один серьезный рывок в моей профессиональной деятельности после появления у меня зеркального фотоаппарата.

В 2008 году случился кризис, который особенно сильно затронул рекламный рынок. Мой доход в Reclub ощутимо упал, и тогда я решил посвятить фотографии все свое время. 

Я не считаю себя мега-профессионалом именно как фотограф: я не знаю всех хитростей в съемках… Но еще на заре своей деятельности понял: залогом удачной фотографии на 50 % является ее обработка

Я стал неистово фотографировать, пытаясь набить руку, набрать опыт и удовлетворить свой интерес по изучению архитектурной среды города. Довольно быстро некоторые мои фото начали становиться популярными. Наверное, это было вызвано тем ракурсом, под которым я видел объекты — архитектурные сооружения. Я про вид сверху. Тогда, разумеется, еще не было квадрокоптеров, а снимать с вертолетов было и остается делом сложным и дорогим. Конкурентов тоже почти не было — мэтры лазать по крышам не хотели, а более молодые коллеги даже не задумывались об этом.

Но я не ограничивал себя только небом — ради интересного опыта я готов был идти и под землю. Так случилось мое близкое знакомство с Новосибирским метрополитеном, которое переросло впоследствии в длительное и плодотворное сотрудничество.

Я просто подумал, что было бы классно попасть в закрытые для большинства людей части метро и вообще пофотографировать его с необычных ракурсов. И все — я пришел в здание Новосибирского метрополитена, которое находится посредине между Оперным театром и «Глобусом», и сказал: хочу у вас фотографировать в любое время, в самых труднодоступных местах и на всех ваших условиях. Сначала меня спросили: «Ты, собственно, кто?» Я представился блогером и сказал, что мечтаю сделать серию репортажей про наш метрополитен с фото, которые популяризируют его. Потом они меня долго проверяли и в итоге дали добро. 

Я не ограничивал себя только небом — ради интересного опыта я готов был идти и под землю. Так случилось мое близкое знакомство с Новосибирским метрополитеном

Проведя фотосессию в формате «одна ночь — одна станция», мы попрощались. Но затем в наше метро пришел новый поезд. А, повторюсь, времена были кризисные, и на рекламе, в том числе наружной, экономили. Поэтому мне позвонили из метрополитена с предложением выставить мои фото на пустующих баннерах одного из вагонов. Разумеется, я сказал «да». 

И это выстрелило: я вмиг стал и знаменитым — с точки зрения роста числа подписчиков в соцсетях, и востребованным — в контексте заказов на коммерческую фотосъемку и покупку моих уже имеющихся фотографий.

«Хотелось удивлять». Аэрофотосъемка и крыши. Когда в школе я увлекался архитектурой, то не только читал про нее, но и рисовал сам. Это были города с высоты птичьего полета. Я будто готовил себя к тому, что впоследствии моя профессиональная жизнь будет связана именно с аэрофотосъемкой.

Источником вдохновения в нашем городе в плане съемок сначала с крыш, а затем с квадрокоптера служил уже упомянутый «Бэтмен». Несмотря на его какофоничность и какую-то несуразность, которую справедливо отмечают многие, этот дом стал знаковым в начальный период моего интереса к архитектуре. 

Во-первых, в начале нулевых он был единственным зданием в городе, напоминающим небоскреб. Во-вторых, это настоящий памятник времени — всему тому, что у многих ассоциируется с девяностыми годами. Ну а в-третьих, и это главное, — именно с «Бэтмена» были сделаны мои первые фотографии с высоты, с крыш. Ведь помимо упомянутой фотокарточки для конкурса от НГС, там я устроил целую фотосессию из окна офиса одной из башен, где тогда находилось подразделение ФСБ.

Источником вдохновения в нашем городе в плане съемок сначала с крыш, а затем с квадрокоптера служил «Бэтмен». Этот дом стал знаковым в начальный период моего интереса к архитектуре

В это сложно поверить, но в вотчину спецслужб я попал без особого труда. Просто зашел туда и спросил, можно ли мне пофотографировать из их окна. На что мне предложили написать официальное письмо на имя главы ФСБ НСО. Я это сделал, а через какое-то время мне пришел ответ с разрешением на фотосъемку.

Она проходила все на ту же мыльницу и под присмотром специального человека, который следил, чтобы я фотографировал только то, что за окном, а не кабинет. Потом он же забрал у меня пленку, проверил кадры и через день отдал обратно. Такой вот опыт.

Кстати, официально договариваться насчет съемки с крыш или каких-то малодоступных, охраняемых объектов стало моим принципом. Очень нечасто, и в основном в молодости, я проникал на крыши нелегально. Во-первых, меня так воспитали, что чужое ломать или трогать нельзя. А во-вторых, я понял, что всегда лучше договариваться.

Это выгоднее и с точки зрения получения нужного результата — качественных фото, которые лучше делать не торопясь, и с точки зрения подхода — профессионального, когда фотографии стали частью моей коммерческой деятельности. В этом я принципиально отличаюсь от руферов. 

Официально договариваться насчет съемки с крыш или каких-то малодоступных, охраняемых объектов стало моим принципом. Очень нечасто, и в основном в молодости, я проникал на крыши нелегально

Никогда не считал точно, но к сегодняшнему дню я побывал в общей сложности на более чем полутора тысячах крыш, из которых лишь примерно на пятьдесят проник нелегально. После «Бэтмена» я побывал абсолютно на всех высотных зданиях Новосибирска и во всех значимых местах, включая ГЭС и ТЭЦ.

Стоя на верхотуре, каждый раз удивлялся новым ракурсам, под которыми я смотрел на мир, и хотел это удивление передать другим. Чтобы люди через мои фото тоже увидели мир с высоты.

В центре это были вообще все дома высотой более двух этажей. Из известных — это и дом «Под строкой», и здание «Ситицентра», где, кстати, находится офис N1. Вид с крыши последнего особенно прекрасен. Отсюда я сделал, наверное, до сих пор самую известную свою фотографию — Оперного театра зимой. Жаль, что на этой крыше никто не догадался сделать какое-то кафе или смотровую площадку.

Стоя на верхотуре, каждый раз удивлялся новым ракурсам, под которыми я смотрел на мир, и хотел это удивление передать другим. Чтобы люди через мои фото тоже увидели мир с высоты

«Узкая ниша». Издательство и книги. Как я уже рассказал ранее, на Ленина, 12, в офисе НГС, началась моя карьера фотографа. И сегодня, когда у меня есть собственное издательство Gelio Vostok, я снова оказался в здании по этому адресу — тут у нас офис. Так что моя профессиональная история символически закольцевалась.

До 2011 года я плотно занимался фотографией, но коммерциализировалась лишь половина этой деятельности, а вторая половина была для души и наполнения портфолио. Девять лет назад мы с моим компаньоном пришли к выводу, что многие мои фотографии уходят в историю — их смотрят и забывают. Мы проанализировали рынок и поняли, что в Новосибирске плохо развит сегмент сувенирки.

Тогда мы решили сделать качественную книгу про наш город с моими фотографиями. И она является отправной точкой рождения нашего издательства. Кстати, эта книга про Новосибирск до сих пор активно продается, и мы периодически перезапускаем тираж, дополняя его новыми, все более качественными фотографиями и дизайном.

Затем подобные книги мы сделали про несколько других городов России. И после этого, набрав хорошее портфолио, стали предлагать свои услуги крупным компаниям и предприятиям. В общем, сегодня различные холдинги в Сибири и по всей России нас уже сами привлекают к созданию фотоальбомов.

Дело в том, что их издание — это достаточно узкая ниша и в стране, и тем более в регионе. Серьезной конкуренции почти нет — только единичные случаи, когда какие-то люди разово выпускают подобный нашему продукт. Наше главное отличие от других издательств в том, что у нас есть собственная концепция: то, как мы видим архитектуру, пейзажи, предприятия. То есть заказчики сами идут за нашим углом зрения и ракурсом взгляда.

В последние годы мы стали расширяться — ресурсно и географически. Мы сотрудничаем с многочисленными серьезными дизайнерами, верстальщиками, открыли второй офис в Москве. И с этого момента для нас вообще исчезли границы.

Вне границ

«Легко». Самоидентификация и будущее. Для себя отсутствие границ я интерпретирую в широком смысле. Это касается и упомянутого профессионализма компании Gelio Vostok — мы добились такого качества контента и его технического воплощения на бумаге, что можем решать задачи любого заказчика в мире.

Не вижу я границ и в себе. Кто я — Слава Степанов или Gelio? Здесь нет различий, и одно не является маской другого. Тем более, что и псевдоним я выбрал не путем мучительных поисков, а как-то случайно и спонтанно. Все легко и просто.

Или кто я — фотограф, блогер, издатель, предприниматель, дизайнер, оператор квадрокоптера? Я не делю себя на эти сегменты и продолжаю быть просто собой — человеком, который интересуется всеми этими и некоторыми другими вещами.

И еще: кто я — звезда или все тот же парень с Затулинки? Наверное, ни то, ни другое. Я сумел избавиться от прошлого, а какой-то медиаперсоной себя никогда не считал. Да, я бываю популярным, но в определенные моменты. Иногда мне, безусловно, приятно это чувство, ведь не деньги, а именно возможность открывать людям что-то новое и интересное были моей мотивацией изначально.

А бывают случаи, когда на меня давит вмиг свалившаяся слава. Так произошло с фотографией катка возле Оперного театра, ставшей мемом благодаря ее перепосту везде — от разных пабликов до Дудя и Урганта. Но я делал этот снимок не для хайпа. Ведь сначала я сфотографировал каток в три четверти, потом под углом в 90 градусов, но поперек. А знаменитое изображение — это уже развернутый вдоль ракурс. 

Изначально для меня эта история вообще была не смешной, а, скорее, печальной. Меня очень раздражал этот каток, потому что он напрочь перекрыл проход по площади Ленина. Без всяких лишних мыслей я просто решил его сфотографировать — запечатлеть очередную неоднозначную городскую инициативу. Ну а потом началось.

«Тлен». Новосибирск и проблемы. Но не из-за катка и подобных единичных странностей у меня есть претензии и вопросу к городу, а из-за его фундаментального восприятия у власть имущих. И сформировалось мое мнение не просто так — все легко познается в сравнении. Я много езжу по стране — в каждом из миллионников точно был раз по 10–15, да и в небольшие города заезжал уже не по разу. И я вижу, как они по-разному — неоднозначно или самобытно, форсированно или толчками, — но развиваются. 

К сожалению, происходящее в Новосибирске я бы не назвал  словом «развитие». Это вялотекущая аморфность, тлен и безамбициозность. 

Фото
Слава Gelio Степанов

Бывают случаи, когда на меня давит вмиг свалившаяся слава. Так произошло с фотографией катка возле Оперного театра, ставшей мемом благодаря ее перепосту везде — от разных пабликов до Дудя и Урганта

Несмотря на то, что последние годы бываю в родном городе набегами, потому что часто езжу по работе и путешествую, я все время успеваю неприятно удивляться его стагнации или изменениям не в лучшую сторону. Кстати, сам я с семьей живу в доме напротив ТРЦ «Аура» — тоже в очень показательном месте. Рядом почти ничего нет, то есть построили дом, а на инфраструктуру — плевать.

Я прекрасно осознаю, как работает система, когда каким-то городам из-за их властей, которые близки к федеральному центру, выделяется больший бюджет, чем другим. Есть примеры, когда у ряда городов в распоряжении более внушительные ресурсы на собственное развитие, чем у других. Но я не понимаю, почему нельзя решить вопрос элементарного благоустройства.

Ужасающая застройка без какого-то общего подхода к изменению облика города, отсутствие удобной городской среды по всем пунктам — от качества дорог до доступных туалетов, пыль, мусор, наплевательское отношение к памятникам архитектуры. У нас нет концепции, цветовой и архитектурной стилистики. Все точечно, серо, не фундаментально, недопустимо медленно.

Что говорить, если даже главная улица города совсем не в порядке. В темное время суток, когда я еду по Коммунальному мосту в сторону дома и смотрю на Красный проспект, то мне кажется, что это какой-то вечерний Пхеньян — тусклый и скучный.

Фото
Слава Gelio Степанов

Сам я с семьей живу в доме напротив ТРЦ «Аура» — в очень показательном месте. Рядом почти ничего нет, то есть построили дом, а на инфраструктуру — плевать

«Ускорение». Страна и мир. Города, которые стремятся стать, что называется, третьими после Москвы и Питера — такие как Екатеринбург, Красноярск, Казань, даже в последние годы Омск и Кемерово — настолько убежали вперед от Новосибирска по части благоустройства городской среды, что это даже не поддается сравнению. 

Еще четче проблемы нашего города видны в сравнении с Москвой, Европой, Америкой. Опять же — все понятно, другие ресурсы, бюджеты, возможности. Но мне-то что теперь делать? В общем, я думаю, что моей жизни уже не хватит, чтобы увидеть в родном городе какие-то значимые изменения в лучшую сторону. 

Поэтому я не исключаю вероятности переезда отсюда, например, в ту же Москву, где находится наш второй офис. Еще я люблю море и вообще водную стихию. Поэтому в Новосибирске, кстати, если где-то отдыхаю, то в районе Академгородка и ОбьГЭСа — там, где есть подход к водохранилищу. 

Я уже придавал своей жизни ускорение, вырываясь из тлетворной среды. Если пойму, что время пришло, — сделаю это еще раз.

Комментарии

2
под именем
  • Топ
  • Все комментарии
  • Супер-парень! Это и есть самый настоящий патриотизм (а не тот, который насаживается сверху - все понимают о чем речь): человек через свое творческое видение превращает этот город в нечто более прекрасное, чем он является на самом деле. Это мечта, которая даже если не станет явью на нашем веку, навсегда отпечатается в его хромосомах. И когда-то, возможно, этот город станет таким, как на фотографиях Славы
  • очень круто!