«Мне бы хотелось, чтобы Екатеринбург был известен не только шагающими экскаваторами»: рекорды истории кинопроката

Прогулка с бывшим директором «Салюта» и «Колизея» Сергеем Федяковым

Коллаж Дарьи Яковенко

Сергей Федяков 13 лет проработал директором кинотеатра «Салют» и за это время успел проникнуться историей киноиндустрии Екатеринбурга. На прогулке он рассказал, в чем наш город опередил мировой кинопрокат на сто лет, каким был первый краудфандинг в XIX веке, и объяснил, почему ему больше не хочется жить в городе.

«Я жил в Свердловске и остался живой. Чего мне бояться?»

Я родился и вырос в Красноуфимске, под влиянием советской идеологии сначала поступил в военное училище в Курган. Но после экзаменов понял, что это не мое: не смог бы ходить строем в туалет и столовую. Университет в то время был один — Уральский государственный, и я подумал: «Куда еще лучшим парням Красноуфимска ехать?» Перепоступил и отучился пять лет на родном историческом факультете.

Студенчество было бурным, как только появлялась возможность, мы уезжали на раскопки. Я занимался археологией в Великом Новгороде, участвовал в сочинской экспедиции — изучал первый в России православный храм в Лоо. В Екатеринбурге проводил немного времени, некоторые места в нем в 1990-е представляли опасность, даже парки. Многие сейчас у меня спрашивают: «А вы не боитесь?» Я жил в Свердловске и остался живой. Чего мне бояться? Поэтому для меня Екатеринбург сегодня и тогда — два разных города.

Фото
Yulia Samoylova

В Советском Союзе с наступлением ночи люди исчезали с улиц, все, кто не спали, пили дома на кухне

Параллельно с учебой в 1993 году я начал заниматься шоу-бизнесом со своими товарищами. В советское время все концерты проходили в филармонии, но после развала системы филармония перестала приглашать артистов. Мы устраивали концерты Филиппа Киркорова, Маши Распутиной и других известных исполнителей, для души организовывали выступления таких групп, как «Наутилус Помпилиус», «Агата Кристи». Получается, мы были первыми в городе импресарио (организатор зрелищных мероприятий или представитель артиста, — Ред.).

Все концерты проходили в вечернее или даже ночное время, поэтому в те годы мы не спали сутками. Тогда же стали открываться первые ночные клубы в городе — «Эльдорадо» и «Каньон». В Советском Союзе с наступлением ночи люди исчезали с улиц, все, кто не спали, пили дома на кухне. Поэтому мне было удивительно, что в 1990-е город перестал засыпать, и первое место, где это было особенно заметно, — перекресток проспекта Ленина и улицы Карла Либкнехта. Мне кажется, до сих пор это самое оживленное место в городе, если сегодня ночью дойти до площади 1905 года, она будет тихой и пустой.

Первый мультиплекс в мире был в Екатеринбурге

В нулевые я работал в Государственной телевизионной российской компании, а в 2005 году мне захотелось освежить культурную жизнь в городе, и я перешел в близкую сферу — в кино. За 13 лет работы директором «Салюта» я очень проникся историей кинопроката в Екатеринбурге. Перекресток улицы Карла Либкнехта и проспекта Ленина имеет большое значение для киноиндустрии. В 1909 году на месте будущего Свердловского государственного академического театра музыкальной комедии появилось красивое здание, в нем расположился первый кинотеатр Екатеринбурга — «Лоранж», в СССР его переименовали в «Совкино». Рядом на месте «Салюта» был доходный дом Имшенецкого, там в 1912 году открылся еще один кинотеатр — «Художественный». В том же году в «Колизее» был организован кинопрокат, в советское время он работал под названием «Октябрь». После революции в 1922 году открылся кинотеатр «Рекорд», сегодня на этом месте находится ресторан Maccheroni.

Получается, на этом перекрестке было четыре кинотеатра — «Октябрь», «Совкино», «Рекорд» и «Салют». Сегодня большинство кинотеатров состоят из нескольких кинозалов, их называют мультиплексами. Но сто лет назад в кинотеатрах предполагался только один зал, а значит за один временной промежуток можно было увидеть только один фильм. Поэтому перекресток с четырьмя кинотеатрами — своего рода мультиплекс, гениальное изобретение свердловского бизнеса, который практически на сто лет обогнал развитие кинопроката.

Сегодня ни один из этих кинотеатров не работает, Театр музкомедии поглотил «Совкино», «Рекорд» закрылся еще в советское время, а «Салют» и «Колизей» прекратили работу совсем недавно из-за недостаточного финансирования. Мне бы хотелось, чтобы Екатеринбург был известен не только шагающими экскаваторами и заводами, но и славной историей кинопроката. У нас много рекордов: первый широкоэкранный кинотеатр — в Свердловске, первый кинотеатр с усиленным звуком — в Екатеринбурге. «Салют» вообще попал в Книгу рекордов Гиннесса за самый долгий прокат «Титаника» длительностью год и семь месяцев. Я считаю, что нам нужно музейное пространство, где можно было бы рассказать об истории кино.

Просмотр фильма за бокалом вина

В 2016 году в мое управление перешел кинотеатр «Колизей». Там я хотел создать привлекательную для туристов площадку, где можно было бы наслаждаться качественными фильмами и познакомиться с дореволюционной историей города. Здание «Колизея» было построено в XIX веке как городской театр. Местные золотопромышленники и олигархи спонсировали его строительство. Театральные труппы в то время состояли из крепостных актеров, и Екатеринбург арендовал на некоторое время такую труппу у великого писателя Ивана Сергеевича Тургенева. «Колизей» пользовался успехом у публики, несмотря на дорогие билеты. Но спустя какое-то время срок аренды труппы закончился, и пришла пора прощаться с актерами. Тогда у местных предпринимателей появилась идея — выкупить крепостных. Мне кажется, это был первый краудфандинг на Урале, многие богатые жители города способствовали появлению в городе собственной труппы.

Фото
Yulia Samoylova

Я хотел создать буржуазный зал со столиками, где во время просмотра фильма можно было бы насладиться бокалом вина или шампанского

Среди актеров была прима — Клавдия Иванова. В нее были влюблены все, в том числе и антрепренер (частный театральный предприниматель, — Ред.) Петр Соколов. Но пока она была крепостной артисткой, они не могли быть вместе из-за разницы в статусе. Сразу после того как Клавдия стала свободной, антрепренер и актриса поженились, брак у них был счастливыми. Клавдия Иванова настолько была предана делу, что в 72 года умерла прямо на сцене театра. Так она показала свою любовь к искусству.

Я очень хотел запечатлеть эту историю, поставить мюзикл в «Колизее». Меня всегда поражало, что в Нью-Йорке могут долго и успешно идти постановки — 25 лет, 38 лет, и все с аншлагами. Но эти постановки никакого отношения не имеют к стенам театра. А история появления свободного театра происходила прямо в «Колизее»; мне кажется, площадка с возможностью увидеть такое была бы хорошей экскурсионной точкой в городе.

Я не желал ограничиваться мюзиклом, у меня была идея создать особый кинозал. Мне кажется, хорошей кинокартине нужно выставочное пространство. Не знаю, как можно пойти смотреть новый фильм Андрея Звягинцева в мультиплекс. Поэтому я хотел создать буржуазный зал со столиками, где во время просмотра фильма можно было бы насладиться бокалом вина или шампанского. Там же можно было устраивать встречи с режиссерами. У нас в городе никогда не было таких пространств, мы сразу пришли к пролетарскому формату восприятия фильмов, где залы рассчитаны на 300–500 мест. Перед глазами у меня был пример кинотеатра Electric Cinema в Лондоне, билеты на сеансы там стоят в два раза дороже, чем на обычные кинопоказы, но туда не попасть, там всегда полный зал. В 2018 году мы подсчитали необходимые инвестиции, получилось 80 миллионов рублей, это было слишком дорого. Поэтому проект не был реализован. Я устал биться за «Салют» и «Колизей» и два года назад принял решение уйти.

В выходные — на новую набережную

С тех пор как ушел из киноиндустрии, я не нашел в себе аргументов жить в Екатеринбурге, поэтому два года живу за городом. Мне кажется, Екатеринбург становится все менее дружелюбным. Основная претензия — сложно изменить модель проживания. Во времена СССР вся социальная структура находилась в непосредственной близости от дома и работы. Личный автомобиль не был обязательным условием для проживания в городе, а какие-то запросы мог удовлетворить общественный транспорт. Сегодня все эти модели разрушились, и мы ежедневно наблюдаем многотысячные потоки людей: живем в одном месте, работаем в другом, школа у ребенка находится в третьем, а ведь еще есть секции.

В выходные в Екатеринбурге очень хорошо — многие улицы пустые, нет бесконечных пробок и суеты. Когда по воскресеньям приезжаю в город с семьей, мне нравится гулять по новой набережной от улицы Малышева до Куйбышева. Здесь красиво и удобно, единственное, некоторые решения не доделаны. Например, в реке видно канализационные трубы, они портят вид на воду. Но главное — не сделать, а следить за реализованным проектом. Я радуюсь, что блогеры подметили безвкусные батуты, горе-предпринимателей надо пинать, чтобы не портить созданное. 

Мне нравятся старые особняки, хочется их сохранить. В последнее время я даже к сайдингу стал проще относиться, хотя раньше считал это позорищем. Думал, как такие красивые дома могут сайдингом облепить? Сейчас понимаю, что это такая форма консервации: придет время, его уберут, отремонтируют, и будет красиво.

Одно из самых интересных зданий на набережной — дом «Товарищества электрического освещения Андрей Елтышев и Ко» по адресу Горького, 43. Там еще есть силовая подстанция, которая питает трамваи и троллейбусы в центре города. Помню, в нулевых я предлагал восстановить этот объект. Здание потрясающее, историческое, а внутри находится столярка и слесарка. В этом помещении получилось бы идеальное культурное пространство, если откроется что-то другое, я вообще перестану понимать, что происходит.

Город заборов

В Екатеринбурге меня поражают заборы, я не понимаю, как разрешили построить такую массивную ограду к зданию резиденции полпреда президента на Добролюбова, 11. Сегодня, наоборот, нужно открыться, чтобы набережная органично смотрелась с этим архитектурным ансамблем. Все эти металлические заборчики у реки невероятно дорогие, это неэффективное использование средств. Я занимался бизнесом в культуре много лет, и у нас не было денег на заборы. Сегодня же все должно быть для людей, власти должны способствовать коммуникации между жителями, а не препятствовать ей. Надеюсь, все заборы снесут, сделают сквозную набережную от центра до парка Маяковского. Очень хочется, минуя перекрестки и автомобили, гулять по городу вдоль реки.

Фото
Yulia Samoylova

В России 15 миллионников, я видел все города и ни за что бы не согласился променять Екатеринбург на них

Островки зелени в центре Екатеринбурга позволяют жителям расслабиться и отвлечься от проблем: город становится дружелюбным, когда он приближен к природе. Недавно открылся уютный частный садик на набережной рядом с «Косым домом» на улице Горького, 14. Видно, что его с пониманием делали, здесь все в балансе: и цветы, и деревья, и вода. Я как раз за это и люблю Екатеринбург: у нас люди ответственны за свои желания и берут инициативу в свои руки. Нужен небоскреб — построили, нужен сад — создали. В России 15 миллионников, я видел все города и ни за что бы не согласился променять Екатеринбург на них.

Комментарии

1
под именем
  • Топ
  • Все комментарии
  • Какой мудрый человек)